«“Голос нищеты”, который звучит сегодня ещё сильнее»

Экономист-аналитик и независимый эксперт Игорь Цой о необходимости разработки и введения показателя порогового уровня бедности раньше.

«“Голос нищеты”, который звучит сегодня ещё сильнее»

… В моем плане заключён верный и, пожалуй, единственный способ помочь бедным — сделать невозможным существование богатых. Где нет богатых, нет и бедных, ибо провидение в мудрости своей обеспечило полный достаток жителям каждой страны; где никто не владеет слишком многим, там никто не живёт в нужде …

Генри Филдинг, английский писатель и драматург XVIII века

 

 

Богатые не заботятся ни о ком, кроме самих себя; только бедные сочувствуют бедным и помогают им.

Марк Твен, американский писатель и журналист

В заголовок статьи вынесены слова президента Узбекистана, сказанные с трибуны 75-й сессии генеральной ассамблеи ООН в сентябре 2020 года. Но, чтобы говорить о нищете и бедности, необходимо знать их критерии.

«Над бедняком не глумись: сам познаешь неверность судьбины» (Катон Дионисий, автор сборника «Катоновы двустишия»)

10 ноября 2019 года глава Народно-демократической партии Узбекистана (НДПУ) Улугбек Иноятов в передаче «Демократические дебаты», отвечая на вопрос журналиста, сказал: «В столице семья из пяти человек спокойно может прожить на 2,5 миллиона сумов в месяц». Это заявление вызвало бурную негативную реакцию со стороны общественности.

18 ноября 2019 года в международном пресс-центре ЦИК лидер Народно-демократической партии Узбекистана подтвердил свои слова: «Я по-прежнему остаюсь при своём мнении, что 2,5 миллиона сумов в месяц достаточно, чтобы покрыть расходы на продукты питания для семьи, состоящей из 5 человек», — сказал он. Это очень существенное уточнение: если в первом случае речь шла о размере прожиточного минимума, то во втором – о «расходах на продукты питания для семьи» или о продовольственной корзине.

Позже заведующий сектором центрального совета НДПУ Равшан Хомитов прокомментировал заявление Улугбека Иноятова. «Улугбек Ильясович, лидер нашей политической партии, не имел в виду все расходы на одну семью. Он выразил мнение, что 2,5 миллиона будет достаточно для семьи из пяти человек только на продукты питания», — отметил Хомитов.

В ходе интервью 4 ноября 2020 года директор Центра экономических исследований и реформ Узбекистана (ЦЭИР) Обид Хакимов заявил, что «семья из 5 человек, получающих на каждого по 5 600 сумов в день, не считается бедной». Негативная реакция в социальных сетях на это высказывание была настолько бурной, что директор Центра экономических исследований и реформ был вынужден позже разъяснить свою позицию.

Он заявил, что показатель бедности делится на два типа: глобальный и национальный. «Глобальные показатели бедности устанавливаются Всемирным банком. Всемирный банк установил глобальную черту бедности на уровне 3,2 долларов США, что обусловлено ростом доходов в странах с низким уровнем доходов. Что касается того, как 3,2 доллара были переведены в 5 600 сумов, мы дали понять, что существует паритет платёжеспособности.

Продукты стоимостью 3,2 доллара с точки зрения паритета платёжеспособности, например, какие продукты вы можете купить по этой стоимости в США? Сколько можно купить этих товаров в Узбекистане? Это рассчитывается по коэффициенту паритета. Он не рассчитывается по номинальной стоимости.

Например, если вы покупаете буханку хлеба в Америке за 2 доллара, в Узбекистане буханка хлеба стоит 20 центов. Разница в десять раз больше. Это соотношение рассчитано для нескольких, более тысячи продуктов, а не для одной буханки хлеба, бензина или чего-то ещё. Кроме того, в 2020 году, когда мы рассчитывали сумму по паритету платёжеспособности вместе с Всемирным банком с 2011 года, вышла эта сумма…

Я имею в виду 5 600 сумов, что по некоторым коэффициентам составляет около 6 тысяч; 5,5 тысячи; 6,5 тысячи сумов. Это не имеет большого значения. Я должен сказать одно: это показатель глобальной бедности. Никто не сказал и не скажет, что это произойдёт в Узбекистане. Поэтому наша главная цель — разработать национальную черту бедности в Узбекистане.

В настоящее время ведутся исследования по его разработке. То, что было сказано вчера, не означает, что это так в Узбекистане. Это было сказано в качестве показателя бедности», — сказал Обид Хакимов.

На специально созванной пресс-конференции Обид Хакимов обвинил журналистов и блогеров в популизме, отметив, что «большинство представителей этих сфер не досмотрели его интервью до конца». Также глава Центра экономических исследований и реформ особо подчеркнул, что «планирует проводить работы по повышению научных знаний блогеров и журналистов».

Если главная цель – «разработать национальную черту бедности в Узбекистане», то зачем вообще упоминать про показатели бедности, используемые в глобальных масштабах различными международными институтами? А если уж и проводить «работы по повышению научных знаний блогеров и журналистов», то необходимо начать с того, что показатель валового внутреннего продукта (ВВП, GDP, Gross Domestic Product) не отражает в полной мере изменение качества жизни и не является показателем, характеризующим уровень благосостояния населения. Неслучайно создатель концепции валового внутреннего продукта Саймон Смит (Кузнец) указывал на отсутствие корреляции между изменениями показателя ВВП и выводами относительно экономического роста или изменений в благосостоянии нации.

Или с того, что показатель валового внутреннего продукта с учётом паритета покупательной способности (ВВП (ППС), GDP (PPP), Purchasing Power Parity) очень условная величина. Он является скорее пропагандистским показателем, лишь отдалённо имеющим отношение к рыночной стоимости всех конечных товаров и услуг. ВВП по ППС имеет свойство повышать показатель ВВП для развивающихся и бедных стран при их сравнении с богатыми и развитыми странами. При этом чем беднее страна, тем выше поднимается объём её валового внутреннего продукта по ППС.

И именно уровень порогового уровня бедности исчисляют с учётом паритета покупательной способности, что не совсем корректно.

«… Нам запрещали говорить о бедности» (из выступления председателя Сената Танзилы Нарбаевой в Академии государственного управления)

Судя по выступлению директора Центра экономических исследований и реформ именно граждан, имеющих доход ниже 5 600 сумов в день, учёные относят к бедным. Именно по этому пороговому значению определена численность бедных в стране в количестве 9-10 процентов от общей численности населения. Это составляет 3,0-3,3 миллиона человек.

В ходе видеоселекторного совещания 27 февраля президент Узбекистана отметил, что 12-15 процентов (4-5 миллионов граждан нашей страны) находятся в состоянии бедности. Это означает, что их ежедневный доход не превышает 10-13 тысяч сумов.

Почему такое значительное расхождение в данных о количестве бедных в стране и пороговом значении уровня бедности? Интересно, что именно 4 ноября 2020 года, когда директор Центра экономических исследований и реформ говорил о 5 600 сумах как «глобальном показателе бедности» применительно к Узбекистану, главный научный сотрудник этого же Центра Бахтишод Хамидов опубликовал https://review.uz/post/bednost-v-uzbekistane статью «Бедность в Узбекистане», в которой приводит данные о бедности, озвученные президентом страны, а не те, о которых говорит руководитель ЦЭИР.

«До сегодняшнего дня власти Узбекистана не использовали понятие «бедность», — заявил вице-премьер Джамшид Кучкаров во время выступления на заседании международного пресс-клуба 25 января 2020 года. В этом же месяце председатель Сената Танзила Нарбаева выступая в Академии государственного управления Узбекистана сказала: «Президент не зря говорил о проблеме бедности, потому что в стране существует эта проблема. Я когда-то сама работала в социальной сфере, но нам запрещали говорить о бедности. Мы называли их «малообеспеченными», — сказала она. Тогда же Нарбаева сообщила, что в Узбекистане количество бедных людей составляет 5 миллионов человек.

То, что в Узбекистане не говорили о бедности, использовали другие термины или замалчивали этот вопрос не свидетельствует о том, что вопросы бедности не пытались поднимать. Просто их поднимали, затрагивая другие, связанные с ней, проблемы. Например, установление прожиточного минимума до которого у государства так и не «дошли руки».

Статья 39 Конституции гласит: «Пенсии, пособия, другие виды социальной помощи не могут быть ниже официально установленного прожиточного минимума». Или Основной закон предполагает обязательное установление прожиточного минимума. И это требование остаётся неизменным с 8 декабря 1992 года — момента принятия Конституции страны.

Постановлением Кабинета Министров при Президенте Республики Узбекистан от 20 ноября 1992 года № 547 на органы статистики было возложено обеспечение «анализа данных об уровне динамики цен, влияния их изменения на уровень жизни и прожиточный минимум населения». Постановлением правительства от 11 октября 1997 года «Об утверждении Положения о Министерстве макроэкономики и статистики Республики Узбекистан» определялась необходимость подготовки информации об «уровне материальной обеспеченности жизни населения по социальным группам и группам доходности, прожиточном минимуме…»

В законе «О профессиональных союзах» в редакциях от 2 июля 1992 года № 638-XII и от 6 декабря 2019 года № ЗРУ-588 определено, что профсоюзы «имеют право участвовать в… определении основных критериев жизненного уровня и прожиточного минимума».

Но всё это оставалось на бумаге: государство не стремилось принимать на себя дополнительные обязательства. О положении Конституции – установить прожиточный минимум — забыли, о соблюдении каких-то нормативно-правовых актов – тем более.

26 марта 2020 года были приняты указ президента № УП-5975 «О мерах по кардинальному обновлению государственной политики в сфере развития экономики и сокращения бедности» и постановление президента № ПП-4653 «Об организации деятельности Министерства экономического развития и сокращения бедности Республики Узбекистан, а также подведомственных ему организаций». В них было определено обеспечить расчёт «прожиточного минимума и минимальной потребительской корзины» и разработку «конкретных рычагов и механизмов сокращения бедности… критериев и методологии оценки определения уровня бедности…»

«Бессердечность богатых узаконивает дурное поведение бедных» (Альфонс де Сад, французский аристократ, политик, писатель и философ)

Так почему же заявление директора Центра экономических исследований и реформ Обида Хакимова о том, что «семья из 5 человек, получающих на каждого по 5 600 сумов в день, не считается бедной», вызвала бурю негодования общественности?

Да потому что сам расчёт порога бедности, исчисленный по паритету покупательной способности, искажается до неузнаваемости. Простейший расчёт показывает, что 5 600 сумов в день – это 168 тысяч сумов в месяц. Прожить на такую сумму невозможно, если нет дополнительных источников дохода.

Откуда у отечественных экономистов вообще взялся показатель 5 600 сумов в день? Согласно данным Международного валютного фонда Узбекистан, входит в группу стран со средним уровнем национального дохода на душу населения (1 762 доллара на человека в год), а именно – в группу ниже среднего.

Существование на сумму менее 3,20 доллара в день отражает средний показатель черты бедности в странах с уровнем дохода ниже среднего, тогда как показатель в 5,50 доллара в день отражает стандарты в странах с уровнем дохода выше среднего. Показатели берутся с учётом паритета покупательной способности.

Паритет покупательной способности (Рurchasing power parity) — соотношение двух или нескольких денежных единиц, валют разных стран, устанавливаемое по их покупательной способности применительно к определённому набору товаров и услуг.

Иными словами, существует теория, согласно которой, доллар в США не равен такому же доллару, но находящемуся в России, Китае или Узбекистане. На один доллар в США, например, и на один доллар, пересчитанный по паритету покупательной способности и выраженный в национальной валюте, якобы можно приобрести одно и то же количество товаров и услуг (при отсутствии транспортных издержек и ограничений по перевозке).

Паритет покупательной способности в 2018 году (видимо, показателями этого года оперировал директор Центра экономических исследований и реформ – прим. авт.) составил 1 784,4. Что это значит? То, что на один доллар в США можно купить такое же количество товаров или услуг, как в Узбекистане на 1 784,4 сума (в 2019 году этот показатель составил 2 091,2 сума).

Для Узбекистана – по версии Всемирного банка – пороговым значением уровня бедности является 3,20 доллара в день по паритету покупательной способности. Получаем, что 3,20 доллара по покупательной способности приравниваются к 5 710 сумам в 2018 году (3,20 доллара/день * 1 784,4 сума/доллар) и к 6 700 сумам в 2019 году (3,20 доллара/день * 2 091,2 сума/доллар).

«Стоп! – воскликнет внимательный читатель. – Но ведь паритет покупательной способности должен определяться обменным валютным курсом?!» Не должен и не определяется. Дело в том, что никто не даёт гарантии, что показатель паритета покупательной способности точно отражает соотношение естественного обменного курса валют. Номинальные обменные курсы и паритет покупательной способности валют имеют принципиально разное смысловое содержание и не могут рассматриваться как взаимозаменяемые.

Текущий валютный курс может отличаться от показателя паритета покупательной способности по целому ряду причин:

  • различия во внешнеторговых издержках, базирующихся на разнице тарифов таможенных пошлин и налогов на экспортируемые товары;
  • при расчёте индекса цен учитываются цены не только высоколиквидных, но и менее ходовых товаров;
  • существуют различия в производительности труда, а значит и в уровне зарплат;
  • валютный курс определяется по высоколиквидным товарам, участвующим во внешнеторговых операциях (поэтому складывается впечатление, что валюты богатых стран переоценены, а валюты бедных стран — недооценены);
  • искажение соотношения между ППС и валютным курсом происходит под влиянием на курс международных потоков капитала, включая спекулятивный.

Теория паритета покупательной способности пагубна ещё и тем, что этот паритет искажает наиболее важный экономический показатель — валовой внутренний продукт — до полной неузнаваемости. ВВП (ППС) де-факто стал стандартом для сравнения производства продуктов и услуг, якобы, на том основании, что лишь учёт паритета покупательной способности позволяет нам оценить «реальную» экономическую картину.

Согласно данным Узстата, ВВП Узбекистана в текущих ценах за 2019 год составил 511 838,1 миллиарда сумов, что — при среднегодовом валютном курсе 8 839 сум за доллар – составило 57 906,8 миллиона долларов.

По паритету покупательной способности валовой внутренний продукт оценён в 245 миллиардов долларов. Это даёт уровень паритета покупательной способности в размере 2 089,1 сума/доллар, что близко к значению, рассчитанному Всемирным банком (2 091,2 сума/доллар).

От индекса Биг Мака и закона «одной цены» к прожиточному минимуму

По теории паритета покупательной способности валют, впервые озвученной Густавом Касселем, изменение в соотношении валютных курсов двух стран пропорционально изменению в соотношении между внутренними ценами и ценами за рубежом. В интервью Обида Хакимова прозвучал пример: «… Если вы покупаете буханку хлеба в Америке за 2 доллара, в Узбекистане буханка хлеба стоит 20 центов. Разница в десять раз больше».

В этом случае, узбекистанцы должны начать массово скупать буханки хлеба у себя на родине и отвозить или отправлять их в Америку. Продав хлеб за 2 доллара, они купят уже 10 буханок хлеба в Узбекистане для последующей реализации их снова в Америке. В результате цена буханки хлеба в Америке начнёт снижаться из-за роста предложения, а в Узбекистане – расти из-за увеличения спроса.

Если этот процесс (называемый «арбитраж») осуществляется в широких масштабах, то потребители в Америке, покупающие хлеб из Узбекистана, своими действиями повысят стоимость сума до равновесного значения. Это сделает хлеб из Узбекистана более дорогим.

«Арбитраж» продолжится до тех пор, пока цены на буханку хлеба в Америке и Узбекистане не сблизятся. Кроме того, увеличение притока валюты от продажи хлеба в Америке и её обмен на сумы приведёт к укреплению национальной валюты, что — согласно рыночным законом – также будет способствовать тому, что курсы валют будут приближаться к паритетному соотношению.

Но возможно ли такое в реальной жизни? Нет, конечно. Сравнение цен на аналогичные товары или услуги внутри страны или за рубежом имеет хоть какой-то смысл только при предположении, что трансграничных ограничений, транспортных расходов и транзакционных издержек нет в природе. Также мы должны предположить, что буханка хлеба в Америке полностью идентична отечественной по ингредиентам, технологии производства, условиям хранения и упаковке.

Поэтому директор Центра экономических исследований и реформ Узбекистана Обид Хакимов пояснил: «Я имею в виду 5 600 сумов, что по некоторым коэффициентам составляет около 6 тысяч, 5,5 тысячи, 6,5 тысячи сумов. Это не имеет большого значения. Я должен сказать одно: это показатель глобальной бедности. Никто не сказал и не скажет, что это произойдёт в Узбекистане. Поэтому наша главная цель — разработать национальную черту бедности в Узбекистане. В настоящее время ведутся исследования по его разработке. То, что было сказано вчера, не означает, что это так в Узбекистане. Это было сказано в качестве показателя бедности».

В большинстве случаев невозможно найти товары или услуги, которые были бы идентичны в разных странах. Даже товары, произведённые под мировыми брендами в разных странах, отличаются друг от друга. Невозможно и представить отсутствие трансграничных ограничений.

Поэтому закон «одной цены» («В отсутствие транспортных и других транзакционных издержек конкурентные рынки будут выравнивать цену одинакового товара в двух странах»), являющийся основой для теории паритета покупательной способности, выглядит надуманным и не отражающим реальное положение вещей.

Самый простой способ рассчитать паритет покупательной способности между двумя странами – сравнить цену «стандартного» товара, который с большой вероятностью идентичен между странами.

Так, каждый год – с 1986 года — журнал The Economist публикует упрощённую версию паритета покупательной способности «Индекс Биг Мак», который сравнивает стоимость гамбургера в McDonald’s по всему миру. Биг Мак используется экспертами журнала в качестве эталона по двум причинам: McDonald’s представлен в большинстве стран мира, а сам Биг Мак содержит достаточное количество продовольственных компонентов (хлеб, сыр, мясо и овощи), чтобы считать его универсальным отражением состояния народного хозяйства конкретной страны.

Аналогично проводятся сравнения цен и определение «Индекса iPad» и «Индекса iPhone». Однако, все эти индексы объединяет принципиальный недостаток: после учёта паритета покупательной способности экономическая реальность не просто деформируется, а вообще перестаёт быть реальностью.

Различные по составу и содержанию списки товаров и услуг используются в потребительских корзинах при расчёте американских Consumer Price Index (CPI) и Producer Price Index (PPI). Своя собственная корзина есть у Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) для расчёта «сравнительных ценовых уровней» (Comparative Price Levels). Оригинальные корзины для учёта ВВП (ПСС) используют ЦРУ для своего знаменитого FactBook, Международный Валютный Фонд (International Monetary Fund), Всемирный банк (World Bank) и ООН.

В рамках международных сопоставлений Организация объединённых наций для расчёта паритета покупательной способности использует 600-800 основных потребительских товаров и услуг, 200-300 основных инвестиционных товаров и 10-20 типичных строительных объектов. Затем определяют, сколько стоит этот набор в национальной валюте конкретной страны по ценам этой страны и в долларах США по ценам США.

Но как можно говорить об универсальной потребительской корзине в принципе, если в разных странах в неё входят совершенно отличные продукты, многие из которых вообще отсутствуют на зарубежных рынках? Как можно говорить о ценовом сопоставлении, когда сравниваются товары, обладающие лишь схожими названиями и физическими параметрами, но отличающиеся качеством?

Да, в США есть хлеб за два доллара. Длительного хранения. Хлеб для тостов. Его специально выпускают слегка недоделанным, чтобы не засох и выходил из тостера с характерным запахом свежей выпечки. Но ведь остальной хлеб дороже – около 4-5 долларов за буханку – и сравнивать его можно с нашим хлебом лишь по названию (из цельной, отрубной и ржаной муки, с семенами и зёрнами, с клюквой и орехами, «зебра» и багеты), но никак ни по качеству, ни по вкусу, ни по составу или технологии приготовления.

В американском супермаркете можно найти один и тот же товар нескольких ценовых категорий. Например, на полках может лежать: некрасивая морковь (с комками земли), морковь очищенная, морковь мытая, молодая морковь, морковь-«organic» или «baby»-морковь (маленькие молоденькие морковки). Или там же продаётся филе форели океанической по 40 долларов за килограмм. У нас в торговых сетях продаётся целая радужная форель, выращенная в условиях аквакультуры, по цене 65 тысяч сумов за килограмм и такая же на базарах по цене 45 тысяч сумов за килограмм. Как сравнивать эти продукты?

Верхи едят мясо, низы – капусту. А в среднем все едят голубцы…

Попытки ввести в стране понятия «потребительская корзина» и «прожиточный минимум» в стране предпринимаются с 2018 года. Так, в прошлом году в Ташкентской и Ферганской областях в качестве эксперимента проводилось тестирование минимальных уровней этих показателей. По итогам I квартала 2019 года потребительскую корзину оценили в 650 тысяч сумов на человека в месяц, а размер прожиточного минимума — в 800 тысяч сумов на человека в месяц.

Занимавший в то время пост министра экономики и промышленности Ботир Ходжаев пояснял, что это усреднённые данные. Тогда Ботир Ходжаев подчеркнул, что надо учитывать совокупный доход населения, куда входят, например, зарплата «в конвертах», а также другие аспекты, после чего цифры будут объективнее.

Директор Центра экономических исследований и реформ Обид Хакимов объяснил, почему в стране до сих пор не ввели систему потребительской корзины. «На то есть несколько причин. Ещё не изучен сам процесс подсчёта прожиточного минимума в Узбекистане. Существует такое понятие, как измерение доходов населения при расчётах. Например, в Узбекистане работает 13 млн человек, из которых около 4,5 млн платят налоги. Официального учёта доходов остальных нет. Как узнать, сколько зарабатывает каждая семья и сколько она потребляет? Требуются глубокие исследования. Даже в пределах республики все регионы имеют существенные различия в накоплении и потреблении. И это, конечно же, должно отражаться в потребительской корзине», ― пояснил Обид Хакимов.

Но ведь существуют два показателя, которые используются для измерения уровня благосостояния человека в конкретный момент времени: доход на душу населения и потребительские расходы на душу населения. На практике рекомендуется использовать второй показатель в силу того, что доходы являются более изменчивыми, чем потребление.

А основанная на питании черта бедности может служить лишь справочным показателем. Не более того. В Глобальном индексе голода – 2020 Узбекистан занял 30-е место (6,7 баллов) среди 47 лучших стран в этом рейтинге. Доля недоедающего населения сократилась до 2,6 процента.

В 2000-2001 годах, — учитывая существовавшие в то время условия проживания в стране, — Всемирный банк рекомендовал методологию измерения уровня бедности в Узбекистане с использованием черты бедности, исходя из энергетической ценности пищевого потребления в размере 2 100 килокалорий на человека в день. Применение данной методологии, по мнению Всемирного банка, на современном этапе развития Узбекистана, как государства в группе стран со средними доходами на душу населения, нуждается в дальнейшем обновлении. Тем более, что уровень бедности определяется не только энергетической ценностью потребляемых продуктов.

Использование международной черты бедности – по методологии Всемирного банка для стран с доходом ниже среднего, выше среднего и высоким уровнем дохода, соответственно, 3,2 доллара; 5,5 доллара и 21,7 доллара в день на человека – искажает реальную ситуацию из-за использования корректировки по паритету покупательной способности. Кроме того, сами специалисты Всемирного банка признают, что эти показатели основаны лишь на денежных критериях и не учитывают таких аспектов, как доступ к образованию, услугам здравоохранения, водо- и электроснабжению.

Также могут нести информационный потенциал субъективная и относительная черты бедности. Но их использование затруднено из-за наличия относительной депривации (ощущение человеком своего недостаточного благополучия).

Несмотря на существование международных (глобальных) признаков бедности каждая страна устанавливает национальную черту бедности. Например, бедными в странах Евросоюза считаются те граждане, чей доход (включая социальные выплаты) меньше 60 процентов от уровня средней зарплаты в стране проживания.

Основным методом измерения бедности в России является абсолютный подход, который оценивает бедность как долю населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума. В РФ используется нормативный метод расчёта прожиточного минимума. При этом стоимость ряда позиций (предметы санитарии и гигиены, услуги культуры и другие) определяется в процентах от общей величины расходов на непродовольственные товары и на оплату услуг.

Другим методом расчёта прожиточного минимума может являться статистический, когда структуру минимальной потребительской корзины составляют на основе фактических затрат по отдельным статьям потребительских расходов группы населения, признанной в обществе как наименее обеспеченная часть этого населения (например, 10-20 процентов населения с наименьшими доходами).

Более корректный результат может дать комбинированный (нормативно-статистический) метод расчёта прожиточного минимума, который предусматривает формирование минимальной продовольственной корзины в соответствии с нормативами потребления продуктов питания. Стоимость непродовольственной части (товаров, услуг) определяется в процентах, как доля затрат в общей стоимости минимальной потребительской корзины, на основании фактической структуры потребительских расходов группы населения, у которой расходы на питание соответствуют нормативным.

В дальнейшем можно использовать более современные методы измерения уровня бедности с учётом обеспеченности граждан собственным жильём, уровнем доступа к образованию, услугам здравоохранения, водо- и электроснабжению. Так, методика расчёта немонетарной бедности включает в себя измерение бедности населения по трём индексам: многомерной бедности (показатель, характеризующий многокритериальную бедность населения и её глубину), материальной депривации (определение относительной бедности) и социальной исключенности (доступ к социально значимым услугам).

Но расчёты индексов немонетарной бедности – это задача на ближайшее будущее. А сейчас крайне необходимо оперативно рассчитать состав минимального набора пищевых продуктов, оцениваемых в соответствии с рекомендациями ВОЗ по здоровому питанию для достижения второй и третьей «Целей устойчивого развития» и Нормами потребления продуктов питания, утверждёнными Министерством здравоохранения Узбекистан. Расчёт прожиточного минимума также не представляет особой сложности, учитывая наличие результатов ранее проведённых экспериментов и данных выборочных обследований бюджетов домашних хозяйств.

Руководству страны необходимо знать точное число бедных и размер прожиточного минимума. Необходимы целевые ориентиры. Без этого говорить о борьбе с бедностью не совсем правильно. И здесь никакие «Железные тетради» не помогут.

Вместо послесловия

3 июня под председательством Шавката Мирзиёева состоялось видеоселекторное совещание по вопросам сокращения бедности. Министерству экономического развития и сокращения бедности было поручено разработать нормативно-правовую базу для прожиточного минимума и минимальной потребительской корзины к 1 октября текущего года.

Срок прошёл. Но если наши экономисты будут пытаться привязать к расчётам прожиточного минимума и минимальной потребительской корзины доходы, получаемые гражданами «в конвертах» или в теневой экономике, то этот процесс затянется надолго. И боюсь, что этот путь приведёт в тупик.

Есть более оптимальные методы расчёта прожиточного минимума. Например, статистический и нормативно-статистический.

Но, видимо, при их использовании никак не получается, что «семья из пяти человек спокойно может прожить на 2,5 миллиона сумов в месяц» или «семья из 5 человек, получающих на каждого по 5 600 сумов в день, не считается бедной»…

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора статьи.

Больше новостей про финансы и бизнес в Телеграм-канале @KPTLUZ

tg